Ловцы душ
Александр Валерьевич Табашевский
Я хочу рассказать о простом человеке по имени Семён. Который является типичным представителем среднего класса.Он, тяжело переживая разрыв отношений, ушел служить по контракту. Затем после непродолжительной битвы попал в плен. Но последствия нового оружия, применённого противником, не прошли бесследно. Семён научился управлять сверхспособностью и отправлен правителем инопланетной расы на Землю, чтобы навести мосты между двумя цивилизациями.
Александр Табашевский
Ловцы душ
Пролог
В плавном полете и в полной тиши,
парсеки за миг пролетая,
встретились две одиноких души
на трассе, ведущей из рая.
Плыть далеко было им до Земли,
весь космос от края до края.
Что поджидает их там впереди
они очевидно не знали.
Безмолвно, беззвучно о чём-то общаясь,
строили планы, рисуя мечты.
Знакомясь, не спешно душевно сближались.
Так пролетела их вечность в пути.
В печали на веки друг с другом прощались,
договорясь отыскаться людьми,
с надеждой на чудо, тихонько расстались.
Смело вперед! И тоска позади.
Энигма, загадка, феномен рождения.
Услышав крик чада, расслабилась мать.
Родня отмечает в семье пополнение,
от радости батя пошел танцевать.
Вот – первый вдох и грудью кормление
Подгузники, садик, читать и писать.
К познаниям новым живое стремление,
загадочный мир каждый день открывать!
Детство закончилось, бал выпускной.
Во взрослую жизнь без оглядки вступаем.
Некогда думать своей головой,
по граблям ошибок нещадно шагаем.
Даже во сне нам не ведом покой,
из крайности в крайность души кидает.
Тянет куда-то мечта об одной
любви беззаветной, как в книжках писали.
Полжизни прошло, полпути позади,
опять перекресток, и вновь выбирать!
Родная душа, намекни, подскажи,
ну как в лабиринте тебя отыскать?
Но скрыто все тайной, что ждет впереди.
Безмолвны дороги, пора выбирать.
Не будет подсказок хоть вечность прожди
и вновь я тебя отправляюсь искать.
Гонимый надеждой нащ путник уставший
в забытом порту сошел на причал.
Не мыслил о встрече с любовью несчастный,
но выбранный путь куда надо попал.
А день был угрюмый, с погодой ненастной,
лишь только погреться в кафе забежал.
Вдруг встретился взглядом с девицей прекрасной
и свыше знаменья раскат прозвучал.
Фортуна игриво в окно наблюдала,
как встретились две одиноких души.
А музыка долго и громко играла,
в какой-то таверне в далекой глуши.
Введение
Что есть душа? Связанна ли она с личностью или существование происходит автономно? Куда девается энергия, вызванная пережитыми чувствами и возникающими эмоциями? А терабайты воспоминаний и жизненного опыта? В описанной ниже истории учёные развили технологию настолько, что смогли поймать специальными ловушками душу и подключить к компьютеру. Производилась данная операция в определённый момент, когда тело только испускало дух. Тогда последняя личность ещё не успевала раствориться в общей информации души. Своеобразный симбиоз делался для того, чтобы оснастить огромный космический корабль одновременно и энергией и прекрасным капитаном и толковым боевым экипажем. К сожалению, это смогли сотворить не земляне, а инопланетная раса. Случайная встреча двух цивилизаций произошла во время изучения аномалии, под названием барьер.
Барьер – несмотря на чрезвычайную масштабность конструкции, имеет явно рукотворный вид в связи с абсолютно прямолинейными гранями. Внешне субстанция особо не отличается от остального макрокосма. Но если приглядеться, то в глаза бросается полное отсутствие сияющих точек от звёзд. То же самое творится и на радаре: просто непроглядная стена, бесконечная в длину и ширину. Аномалия открытая более столетия назад исследовалась во всевозможных направлениях, но до сих пор не обнаружено её окончания. Вглубь изучения были невозможны в связи с тем, что достаточно проникновения пучка света или какой-либо заряженной частицы, чтобы трёхмерное пространство начинало бурлить. Действие сопровождалось мощными вспышками множества разрядов. Искрящиеся змеи способны были пронестись несколько тысяч километров, в поисках, куда бы врезаться. Корабль, заходящий в барьер, своими газовыми выхлопами и вырабатываемым теплом неизбежно порождает «бурю». Со временем вокруг заблудившегося судна зарождаются крупные очаги нестабильности материи. Из их центра в разные стороны вырываются разряды молний, по разрушительной силе значительно превосходящие залпы башенных орудий. Если лететь близко к скорости света, то можно избежать попадания в бурю. Но при отсутствии навигации, да с настигающей тебя гневной стихией, норовящей очередным всплеском уничтожить всю электронику, капитан обречённого корабля обязательно сделает роковую ошибку и свернёт навстречу смерти. В итоге после относительно недолгого пребывания под шквальным огнём разбушевавшейся стихии, гигантское судно разносит в щепки, а интенсивное бурление не успокаивается несколько месяцев. Громкое и яркое действие разыгрывается на площади в миллионы квадратных километров. Несмотря на вековое изучение феномена, наша цивилизация ровным счётом не узнала ничего. Барьер является непреодолимой преградой, и по совокупности данных считается концом мироздания. Как оказалось, и с той стороны аномалия тщательно изучалась инопланетянами. Артридесы – раса учёных, уровень их технологий опережает земные на несколько тысячелетий. Но и они сходились во мнении, что барьер – конец мироздания. Так было пока однажды спасательная капсула землян, дрейфующая в свободном полёте, не просочилась сквозь барьер и залетела во владения Артридесов. Учёные рьяно взялись изучать артефакт. Тысячелетие пребывания в криогенном сне дало о себе знать. Тело пилота сильно износилось и вот-вот должно? было отдать концы. За короткий срок инопланетяне изучили сущность души человека. Правда, не полностью. Но была обнаружена точка контакта. Через неё происходила взаимосвязь организма с душой. В момент смерти человека Артридесам удалось переместить точку контакта в цифровое тело. На эту должность пригодилась нейросеть последнего поколения. После был создан первый корабль, оснащённый душой. Эта особенность помогала улучшенной боевой единице преодолевать барьер, непрерывно поддерживая связь с создателями. Потому что душа, потеряв материального контакта с реальным миром, переноситься в другое измерение. Там нет времени, расстояния, объёма и прочих параметров. Иными словами, отсутствует какой-нибудь якорь или ограничение. Что происходит с душой, если ей после смерти не создать искусственную точку контакта, артридесы понять не смогли. Поэтому решили спросить у самих обладателей душ, что они знают по данному вопросу. Но люди при встрече не пошли на контакт. Увидев пришельца, выскочившего из барьера, военный патруль без раздумий атаковал неопознанный объект. Хоть и численный перевес составлял пять к одному, но одушевлённая машина, выиграв тактически, методично разнесла малый флот землян. После несостоявшихся переговоров победителю пришлось собрать с поля брани спасательные капсулы и уйти обратно в барьер. Сразу же после неожиданного приобретения артефакта началась новая эпоха в познании мироздания. Изучая загадочную форму жизни и сопоставляя с уже имеющимися данными, артридесы сделали ряд открытий. Многие замороженные проекты получали толчок к возобновлению работ. Учёным для опытов нужны были ещё души, но не хотелось убивать военнопленных ради этого. В итоге началась стройка корабля с условиями длительного и по возможности комфортного пребывания человека. Так как люди упёрто не шли на контакт, то одушевлённый корабль, выходя из раза в раз победителем, насобирал немалый урожай. Хоть технологии землян сильно уступали инопланетным, но так как мы часто воевали, то в медицине преуспели. Незадолго до открытия барьера была разработана и массово введена в жизнь плановая процедура омоложения. Благодаря специальным устройствам во время сна, медики помогали организму усиленно приводить себя в порядок. В итоге средняя продолжительность жизни увеличивалась минимум в пять раз. Но ученые не хотели столько ждать и не проводили военнопленным подобные процедуры. Соответственно, инопланетный флот невольно начал одушевляться. Так как обычные корабли уже практически устарели, то у правителя артридесов возникла дилемма: либо тратя ресурсов в два раза больше, чем надо, продолжать поддерживать баланс численности обычных боевых единиц и одушевлённых. Либо полностью доверить человеческим душам безопасность обеих цивилизаций. Изучив чёрные ящики уничтоженных инопланетянами кораблей, генеральный штаб землян разработал обновлённую тактику веде?ния боя. Для этих целей сконструировали и приступили к созданию специального боевого корабля. Пока шла стройка, набрали добровольцев и начали обучать экипаж будущего охотника на ловца душ. Главный герой по имени Семён, переживая сложный разрыв, отправился добровольцем. Незадолго до этого любимая жена без веской причины решила больше не проводить процедуры омоложения. Учитывая, что уже почти двести лет женщина живёт исключительно благодаря этим процедурам, то прекращение операций приведёт к стремительному старению. Семён не смог свыкнуться с тем, что придётся бездействуя сидеть у кровати и смотреть, как умирает любимая. Получив развод, бедолага ушёл на флот. Подписав контракт, новобранец с головой окунулся в новый род деятельности. В учебное и свободное время новоиспечённый лётчик со рвением маньяка оттачивал навыки мастерства, пытаясь позабыть свою бывшую. Но по вечерам, когда классы уже пусты, а взлётные ангары закрыты, приходилось идти спать. Находясь в приграничном состоянии между сном и бодрствованием, Семён представлял кухню в семейном гнёздышке. Где сев за допотопный стол писал письма. Возникала иллюзия, что разлука не навсегда. А дома с нетерпением дожидается любимая. Она волнуется и ждёт весточку с фронта.
Воскресенье, ем печенье
Вдалеке появилась точка, она стремительно разрасталась. Бронированный нос корабля, разрывая пространство, напоминал лазер, расплавляющий твердь. Первое воздействие тормозных двигателей на тёмную материю вызвало множественные взрывы. Достаточно сбросив скорость, боевой корабль землян, начал плавный обход вдоль барьера. На правом борту имелась картинка: каракатица, душащая акулу. Весьма символично, ибо восемь башенных орудий могут дать хорошую взбучку любому хищнику в холодном океане космоса. На общем плацу, что в самом центре корабля собрался экипаж полным составом. Высокое командование в парадных мундирах, а остальные в новеньком, буквально час назад полученном обмундировании. Атмосфера пропитана воодушевлённостью.
– Бойцы, вот и настал тот момент, к которому мы готовились несколько лет. Охотник приступает к боевому дежурству. Мы прибыли с небольшим опережением, возможно, некоторые ещё не закончили обучение. Ничего страшного, до места, где орудуют ловцы душ ориентировочно ещё четыре дня пути. Всё успеется, покамест по местам. – Обратился капитан и отправился на мостик, а остальные начали, не спеша расходиться по своим делам.
Так как я никуда не торопился, поэтому, приблизившись к припаркованному у стены автопогрузчику, уселся в мягкое кресло. После чего достал заначку – полпачки овсяного печенья. Ко мне подошёл Серёга-сосед, живущий в каюте напротив.
– Привет, Семён как дела?
– Здравствуй, хитрый лис, поведай по секрету, как ты умудрился последние восемь часов практики раньше меня закрыть. А потом ещё и здать все нормативы. – Предлагая угощение, поинтересовался я.
– Как обычно, перед разгоном. Не, спасибо, сыт.
– В том-то и дело. Меня не пустили на пост в связи с тем, что начало дежурства совпадало со стартом ускорения. А ведь у нас графики совпадали. – Прищурив глаз, допытывался я.
– Да там весёлая история получилась, потом расскажу. Сейчас бежать надо.
– Ладно, до встречи.
Пока мы болтали, плац почти опустел, и можно было без толкотни покинуть помещение. Я Семён – пилот третьей истребительной эскадрильи. Но, чтобы стать полноправным членом экипажа, мне надо закончить обучение. Для сдачи экзамена я не успел набрать необходимого количества часов практики. Потому что наш корабль, выйдя на финишную прямую, развил крейсерскую скорость. В таких условиях запрещено выбираться на посты зенитных орудий. Ну ничего, сегодня последнее дежурство, завтра после обеда стрелковый тест, экзамен и прощай ненужная специальность. Как же она задолбала, если честно. Трех месячный курс зенитчика – самые долгие девяноста суток в моей жизни. Между центральным плацем и основным транспортным ангаром располагался резервный. Здесь, до тех пор пока не пройду обучение, будут стоять мои табельные: истребитель и бомбардировщик. А потом их переведут в общее расположение эскадрильи. Каждый раз, когда не хотелось идти на занятия, а это бывало часто в последние три месяца, я садился за штурвал самолёта.
– Если хочешь летать, то сначала надо всё сдать и получить доступ. – Убеждал себя. Так и сейчас, усевшись в родное кресло пилота, я накапливаю желание идти на пост. Связался сосед в месенджере.
– Сёма, ты где?
– В резервном ангаре.
– Собираешься в хвост?
– Да, а что?
– Я на загрузке ещё минут двадцать, подползай, довезу.
– Уже бегу.
Путь мой не близок, недалёк: нужно добраться до самого края судна, практически к соплу двигателя. От центра корпуса корабля в разные стороны расходится ра?звитая сеть скоростного метро. На котором, с учётом всех проволо?чек можно добраться чуть меньше чем за час. Но я же лётчик, тем более в пяти минутах ходьбы расположен служебный ангар. Грех не воспользоваться попутным транспортником, который вот-вот отправиться в нужную мне сторону. А именно в центральный ангар машинного отделения.
– Ещё раз здравствуйте.– Поприветствовал, усаживаясь через какое-то время на место второго пилота.
– Привет, пристёгивайся, отправляемся. – Откликнулся сосед Серёга.
После перелёта крейсера на максимальной скорости ремонтные службы инспектировали основные агрегаты и узлы. Повсюду шныряли исследовательские дроны и прочие малые корабли. Они напоминали мошкару с оводами, которые облепили какое-нибудь копытное животное.
– Рассказывай свою весёлую историю, заинтриговал прям.– Затеял разговор.
– В общем, просчитав, что: так же как и ты, не успеваю набить практику, ещё за неделю начал суетиться. Буквально за два дня до ускорения осведомитель предоставил нужную информацию: майор пьянствует в забегаловке, что напротив госпиталя.
– Столовка?
– Нет, сзади неё.
– Не понял.
– Ну кафе «отшибленное место».
– А, знаю! Там из алкоголя только медицинский спирт да водка.
– Оно самое. Пришёл , стало быть, с вискарем, чтобы договориться. Выставив на стол свой литр, но водки, командир предложил пари. Каждый пьёт своё, у кого в конце меньше останется, тот и победил. В общем, я его сделал!
– Да ладно. Как? Этот боров бочку выпьет и ни в одном глазу не отпечатается.
– Просто когда начинали, майор был изрядно выпивши, а я абсолютно трезв. В итоге, сделав кое-как селфи с побеждённым соперником, я тоже отрубился. Ну а как очухались, наш Пётр Петров оформил приз победителю. – Закончил повествование сосед и начал готовиться к манёврам.
Вскоре мы, залетев в ангар машинного отделения, плавно приземлились. У Серёги затеялась разгрузка, а я, попрощавшись, отправился к лифту. Войдя внутрь, поехал наверх. У входа на пост лежал мой заказ – три коробки овсяных печеньев. Взяв их, вошёл внутрь и уселся в комфортабельное кресло зенитной установки. Поприветствовав остальных участников дежурства, распаковал коробку. Во время ночной смены операторы орудий проводят время, занимаясь тем, кто во что горазд. Сэм развлекает битбоксом в эфире, Викуля насвистывает на флейте, а сегодня черёд Чена играть на скрипке. Мусоля вкусную печеньку мало-помалу начал засыпа?ть. Но как гром среди бела дня прозвучал голос майора:
– Ну что, короеды, думали проспать последний день боевого курса? Не выйдет! Запускаем протокол А-333!
– Товарищ майор, у инопланетян нет малых кораблей. – Попытался возмутиться я.
– Боец, ты не видишь врага? Хорошо, увеличиваем количество атакующих вдвое! Начать оборону стратегических объектов!
– Есть.
Четыре с половиной часа мы отбивали атаки торпед, метеоритов, вражеских пвп-дронов и тому подобное. Наконец-то майору наскучило, и он ушёл спать. В пылу хоть и виртуального боя, но я очень проголодался. И когда получил долгожданную команду «во?льно» сразу же схрумкал целую пачку. Командир измотал не только меня, в итоге в эфире теперь воцарилась тишина. Однородность спокойного барьера напрягала зрение отсутствием хоть каких-то деталей. Закрыв на время глаза, незаметно уснул.
… Полная тьма. На автомате тяну руку и нахожу выключатель. Надавив на клавишу, зажигаю лампочку. Она мгновенно освещает родную кухню в семейном гнёздышке. Один из твоих капризов сделать её в ретро стиле. Старый полукруглый холодильник голубого цвета, известковая побелка на потолке и окна в деревянных рамах придавали помещению своеобразный шарм. На массивном подоконнике расставлены кадки с фикусом по имени Андрей, лимоном – Антоном и Алоэ – непонятно почему именуемым мамой Чоли. Рядом с чугунными батареями располагался допотопный складной стол. На нём в трёхлитровой банке стояли лилии, а рядом лежала моя тетрадка. Сел, взял ручку и, переплеснув исписанные страницы, начал с чистого листа новое письмо.
Здравствуй милая.
Пишет тебе, по-прежнему оператор зенитной установки. Правда, уже патрулирующий зону А-357. Этот сектор расположен около сопла главного двигателя. Отсюда весь корабль виден как на ладони, хороший обзор для веде?ния прицельного огня. К тому же подвижность агрегата и скорострельная пушка, да с приумноженным опытом оператора – грозное оружие получается. Жаль, только у нашего врага нет малых десантных кораблей. Лишь огромные крейсеры с многокилометровыми пушками. Но по уставу: все бойцы космических войск должны обладать специальностью зенитчика. Значит, так надо и ничего с этим не поделаешь. Хотя я уже почти отмучился, последний шаг и баста. Вот уже и полное обучение практически закончилось. Два с половиной года пролетели незаметно. Но как и прежде скучаю. Твоё милое лицо предстаёт перед глазами и сразу же становиться настолько горько, аж хочется кричать и биться головою обо что-нибудь твёрдое. Наш штатный психолог утверждает, что будет легче после начала активных боевых действий. Весёлая она всё-таки барышня, и даже немножко наивная. Ибо за всю войну никто не выходи?л из схватки с инопланетянами, ни живым, ни мёртвым. Но раньше происходили случайные встречи, а наш крейсер усиленно готовился с крепким намерением дать по щам агрессорам. Пока велось строительство, экипаж натаскивался тактическими занятиями, а также практическими учениями. Перед попаданием на постоянное место службы, у меня в активе уже имелось две с половиной тысячи лётных часов, проведённых в условиях, максимально приближённых к боевым.На самом корабле меня записали в батальон зенитчиков, дабы завершить обучение. Ибо каждый полноправный член экипажа обязан владеть тремя военными и одной гражданской специальностью. Мирную профессию военнослужащий обретал в учебке, ещё на Земле. По присвоению квалификации слесаря – универсала, кадет мог приступить к осваиванию специальностей истребитель, бомбардировщик и зенитчик. После завершения учёбы и сдачи экзаменов боец приписывался к кораблю, а затем присяга и новое звание. За это время наш крейсер благополучно проделал путь от середины до окраины империи и вплотную приблизился к пустошам. По пути сюда мы уже побывали во многих загадочных местах. Посчастливилось несколько грандиозных и масштабных вещей воочию увидеть. Удивительно, как окружающий мир многогранен: отсутствует однозначно чёрный или белый, а имеется спектр с неимоверно больши?м числом всевозможных красок и цветов. Даже крайности многогранны. К примеру, кромешная тьма: будучи в ней, ты различаешь множество оттенков чёрного. А белый свет, попадая на светоделительную призму, вообще раскладывается на яркую радугу. И также жизнь – невероятно громадное число всяких комбинаций и сочетаний, мне даже страшно представить, что может найти человек за барьером. Ну а покамест, наши дела совсем неважные, ибо за неполное столетие столкновений общие потери землян включают в себя уже порядка десяти крейсеров, сотни мелких кораблей, куча исследовательских судов и не одной победы. Для оправдания ради можно заявить, что захватчики тоже получали существенные повреждения и вынуждены были отходить назад, в непроглядную мглу барьера.
Понедельник – день тяжёлый
Безмятежное утро внезапно оборвалось сигналом тревоги.
– Пик! Вторжение! Вторжение! Вторжение! -Зазвучало по общему каналу связи.
Я продрал глаза и уставился вперёд, держась за гашетку. Там вдали что-то происходило. Это напоминало бег торпеды – где-то в глубине что-то, чуть поблёскивая стальным бортом стремительно мчится нам навстречу. Вскоре из непроглядного барьера выскочил здоровенный корабль, он не уступал по габаритам нашему. Почему-то вспомнилась касатка, резко выпрыгивающая из воды за добычей. У вражеского судна было всего четыре башенных орудия равноудалённых друг от друга. Они жёстко зафиксированы и располагались на одной окружности, описывающей корпус с торца. Следом за гигантом проявился лилипут, который бы с лихвой поместиться в одном из ангаров любого крейсера.
– Готовьтесь к драке! Приступаем!– Скомандовал капитан.
Закрутились вертушки – механизмы ускоренной высадки многочисленного десанта, сбрасывая в открытый космос по сотне боевых единиц в секунду. Отдалённо система напоминала колёса парохода, на лопастях которого располагалось энное количество мелких кораблей. Численность десанта варьировалась в зависимости от габаритов судна. Под каждой машиной имелись мощные катапульты, они придавали начальный импульс, для стремительного набора скорости. Жаль, что вторжение совпало с дежурством на зенитке, ибо в схватке с инопланетянами, мой пост совершенно бесполезен. Придётся сидеть и наблюдать за сражением со стороны. Тем временем первая истребительная эскадрилья, насчитывающая полторы тысячи «Ястребов», уже целиком высадилась и рассредоточившись, устремилась к объекту неизвестной конфигурации. Отдалённо инопланетный малыш напоминал фонарик. К его корпусу сверху прикреплена насадка в виде полусферы, размером около трети корабля. Крейсер инопланетян принялся заходить в хвост, отвлекая внимание на себя. Недовольно загудели накопители всех типов и наш корабль начал слегка вибрировать. Каракатица плавно распустила щупальца. Башенные орудия нашего корабля приделаны к колоссальному кольцу, свободно раскручивающемуся вокруг корпуса. В результате хитрых технологий отдача от залпов начинает раскручивать это кольцо. То, создавая магнитное поле, как бы заворачивает энергетический щит, сплетая его в своеобразный канат. В то же время наконечник «фонарика» засветился и голубое сияние делалось ярче.
– Скоро она жахнет! По-любому! -Закричал я, начиная палить с зенитного орудия. Но снаряды, уносясь вдаль, бесследно пропадали в открытом космосе.
Вражеский крейсер саданул со всех орудий. Встречным огнём каракатица остановила разрушительные потоки раскалённой тугоплавкой материи, несущееся в её сторону. И с оставшихся заряженными пушек последовал ответный удар. Врагу это не понравилось. Сдвоенным залпом землянам удалось пробить щит и повредить одно орудие. Целый рой бомбардировщиков акцентировал свои следующие атаки именно в тот сектор. В это время первая эскадрилья, обойдя малый вражеский корабль с борта начала стрельбой из турели разносить непонятную конструкцию. Ослепительное свечение, расходящимся экраном, сорвалось с наконечника «фонарика» и двинулось на каракатицу с большой скоростью. Пытаясь уйти от неизвестного излучения, наш крейсер дал крин резко вниз, одновременно врубив все горизонтальные и фронтальные тяги. Голубой экран стремительно разрастался. Истребители, попадая в поле его действия, мгновенно теряли управление и словно безжизненные куски метала начинали вращаться в хаотическом движении.
– Не успеваем! Чёрт! Она заберёт всех! -Заорал я, когда волна неведомого свечения достигла носа корабля. Действо сопровождалось каким-то ультразвуковым нарастающим писком.
– Не-е-е-е-ет! -Зажмурившись, завопил я.
Захотелось перенестись отсюда куда-нибудь подальше. Где нет воин и убийств, соответственно, горя и страданий. Вдруг стало смертельно тихо. Я произвольно вспомнил тебя. Веде?ние было настолько реалистичным, что когда приблизилась, аж мурашки по коже побежали от твоего тёплого дыхания.
– И снова здравствуйте. -Шепнула на ухо ты.
Я слегка отстранился, чтобы посмотреть в лицо, попутно намереваясь что-то спросить. Но ударная волна припечатала тебя ко мне. … Очнулся оттого, что пачка овсяных печенье, паря в невесомости, врезалась мне углом в закрытое веко. Резко открыл глаза и удивился. За бортом распростерлась непроглядная тьма. Складывалось впечатление, что дальше смотрового стекла ничего нет.
– Видимо, так выглядел мир до большого взрыва. – Подумал я, убирая запазуху пачку печенья.
Вторая прибилась к потолку в дальнем от меня углу. Хоть и не далеко, но было лень за ней тянуться. Отстегнув ремни безопасности и оттолкнувшись от кресла, я пролетел несколько метров и произвёл плавную стыковку с лестницей резервного выхода. В ангар спускаться бесполезно, ибо погода как бы не лётная и использование челнока временно не доступно.
– Куда же сто?ит направиться? Как-то противоестественно солдату оставаться без приказов. Обычно во время аварий или поломок по старпому передаются распоряжения или поручения.
Кивнув себе, устремился вниз, надеясь добраться до командования. А для этого вначале предстояло чуть больше километра спускаться по лестнице к центральному тоннелю. Затем на скоростной механической вагонетке ещё минут сорок трястись до центра. Но делать нечего, потому что надо! Пробираясь по тёмной шахте у меня всё громче и отчётливее вставал вопрос:
– Что это за луч? И как он прошёл сквозь защиту? Ранее инопланетяне так не умели. Им обычно приходилось вступать в схватку и наносить значительный урон нашим крейсерам, пока не спадал защитный экран.
Вот наконец-то на стене показался долгожданный значок, означающий, что в следующем отсеке поджидает транспорт. Датчик движения засёк моё приближение и сразу же распахнулись стальные дверцы. Здесь уже имелась гравитация, сориентированая относительно одной из трёх имеющихся осей. Вагонетка напоминала серебряную пулю, правда, длинную. Пять бронированных вагонов на десять человек каждый несутся по отдельной шахте со скоростью триста пятьдесят километров в час. Но это на направлениях с поворотами, а центральная ветка прямая, здесь транспорт способен набрать и большую скорость. Так как не люблю крайностей, соответственно, дошёл до середины состава. Задержавшись на несколько секунд, оповестил автоматическую систему управления, что хочу именно в этот вагон. Войдя внутрь, пристегнул ремни, дверцы с грохотом захлопнулись. Затем мощная катапульта отстрелила состав в нужном направлении. Обстановка в пути склоняла ко сну, но не время дрыхнуть. Пока были печеньки, их пережёвывание отвлекало. Но когда угощение закончилось, Морфей обстоятельно взялся за меня. Пришлось буквально пальцами держать веки открытыми. Когда один глаз всё-таки преодолел сопротивление и закрылся, состав начал торможение. Вскоре распахнулись дверцы и я, минуя небольшую станцию метро, оказался на центральном плацу. Пройдя две секции, достиг своей каюты. Взяв из ящика стола запасную обойму к офицерскому пистолю, сел на койку, чтоб чуток обмозговать сложившуюся ситуацию. В голове метались мысли, что все погибли и я остался один, а где-то поблизости бродит враг. Но намереваясь оказать сопротивление краже очерёдной партии душ, снял с предохранителя табельное оружие и покинул помещение.
– Раз уж всё равно здесь, то надо проведать своего железного коня. -Подумал я и зашёл в резервный ангар.
Добравшись до места, забрался в свою крылатую машину и включив питание, загрузил радар. С прибором происходило что-то неладное. Он вроде бы работал, но демонстрировал сплошную тьму, даже своё местоположение относительно материнского корабля не отображалось, да и сам крейсер не показывался, да вообще ничего не наблюдалось на экране.
– Хорошо, здесь триста единиц, значить осталось двести девяносто девять радаров, пойдём, глянем! -Непонятно кому помахав кулаком, рявкнул я.
После чего, достав из бардачка заначку печенек, покинул боевую машину. Проверив несколько десятков навигационных приборов, в итоге пришёл к неутешительному выводу, что неуправляемый крейсер целиком вошёл в барьер.
–Ничего страшного, по логу боя, содержащего исчерпывающую информацию о местонахождении всех участников сражения, с траекториями их перемещения в пространстве и прочей полезной информации можно определить курс на родную галактику. -Успокаивал себя выключая питание очередного прибора.
Через два часа успешно добрался до входа на мостик, путь перекрывала громадная дверь. Поблизости лежали мёртвыми, тяжело бронированные и хорошо вооружённые часовые. Я ввёл через терминал кодовый номер и имя. Вскоре шестиметровая дверь отварилась. На мостике стояла мёртвая тишина. Лишь в полумраке мигали огоньки множества приборных панелей. А в креслах сидели мертвецы, но выглядели они как живые. Лишь моргнув на века. После просчёта всех обстоятельств искусственный интеллект присвоил мне должность капитана корабля. И под торжественную музыку пожелал долгих лет плавания. Это означает, что других кандидатов в живых не осталось. Потому что мне совершенно не хотелось во власть, голова другим забита. Закончилась музыка и массивный засов от ворот шахты, ведущей на пост номер один, с шумом откинулся. Затем сто миллиметровая дверь, скрипя и громыхая автоматически отворилась. В кресле сидел контр-адмирал. Внешне он ещё похож на живого. Но глаза уже остекленели. На лице отпечаталось удивление, настоящее и искреннее. Но если приглядеться, то по прищуру глаз и положению рук относительно подлокотника, можно заметить нотки страха. Видимо, буквально миг прошёл от понимания неминуемой участи до само?й смерти.
– Дмитрий Сергеевич, пардон, вынужден немного побеспокоить ваш бесконечный сон. -Извинился я, выгрузив бездыханное тело и аккуратно уложив его на пол. Обречённо вздохнув и почесав лысую голову, уселся на освободившееся место.
Кресло капитана, в процессе управления кораблём находится в подвешенном состоянии внутри бронированной комнаты. Потолок, стены и основание каковой, не что иное, как экраны. В процессе архивации происходит загрузка данных вокруг корабля с максимальной прорисовкой во все направления. В результате чего появлялась возможность видеть складывающуюся обстановку в целом. И в нужный момент можно приблизить интересующую точку или отдалиться от неё, чтоб оценить в перспективе.
– пик! Начать выполнение программы архивации? -Раздался механический голос.
– Одобряю. -Немного поколебавшись, ответил я.
Пространство мгновенно впало в глубокую тьму и немудрено, так как барьер совершенно непроглядный.
– Открыть архив предыдущего капитана?
– Да. -Подперев голову кулаком, откликнулся я.
Включилась программа загрузки данных за период командования предыдущего капитана. Наблюдая за цифрами, буквами, картинками, которые высвечивались на операционном табло, я, борясь с сонливостью, пытался вспомнить памятку на случай экстренных ситуаций.
– Так, если лететь максимально близко к скорости света, то можно уйти от бури. Допустим, но куда направить судно? Каракатица несколько часов дрейфует в свободном полёте. Как определить направленность судна в данный момент?
Пик! Операция завершена.
Пик! Начинаю загружать мир.
Пи-и-ик! Процесс остановлен из-за повреждения архива!
– Запусти автопилот и наведи корабль на предыдущую точку курса.
– Пик! Выполняю.
Пи-и-ик! Критичная ошибка.
– Изумительно! Тогда покажи лог боя.
– Пик! Файл частично повреждён.
– Вот это да, его даже ядерный взрыв на мостике неспособен повредить, а здесь на тебе. Навали хотя бы что осталось.
– Пик! Выполняю.
Странно, описание сражения заканчивается там же, где и я вырубился. Ну теперь остаётся лишь прыгать наугад.
– Просканируй местность там, где достанешь, и поищи уцелевших членов экипажа. -На всякий случай приказал я.
– Пик! Выживших не обнаружено. -Проговорила холодным голосом машина и убила слабую надежду, что я здесь не один.
– Это судьба, готовимся к скачкам. Свистать всех наверх!
– Пик! Введите координаты вручную.
– А мы пойдём на север, а мы пойдём на север. -Запел песенку шакала из древнего мультфильма про Маугли. Мальчуган оказался одинёшенек в великих джунглях, как и я. Но его хотя бы окружали звери, по совместительству друзья. Усаживаясь поудобнее, ввёл пункт назначения.
– Пи-и-ик! Ошибка! Система координат недоступна.
– Их орда? А нас рать! Как стоим, так и стартуем!
– Пик! Принято.
На табло высветились отсчёты о подготовительных мероприятиях. Их было немало. Цифры с буквами бешено сменяли друг друга, я догрыз последнюю печеньку и приготовился к жёсткой тряске.
– Пик! Подготовка всех систем завершена.
Пик! Зарядка установки ускорителя тяги.
Пик! Акселератор готов. Начинаю обратный отсчёт.
осталось 10
9
8
7
6
5
4
3
2
1
0
Забавно: Все экраны показывают чёрные квадраты. Но при разгоне на миг тьма как бы приблизилась. Видимо, одинокие фотоны всё-таки носятся внутри барьера. А мой корабль, резко разогнавшись почти до скорости света, какбы догнал их. Начало трясти. У меня однажды на моторной лодке заклинило руль, и выскочив на песчаный пляж, она проехала несколько десятков метров. Сейчас ощущения примерно те же. Какое-то время напряжённо следил за полётом. Но человек ко всему привыкает. В итоге свыкшись с тряской и, открыв архив капитана, начал от скуки разглядывать имеющиеся фотографии. И не заметил, как уснул. …
– Пик! Полный стоп! Переход на резервное питание.
Система обеспечения лишь поддерживала гравитацию на мостике и бесперебойно продолжала снабжать кислородом. Как только выключились двигатели, всевозможные приспособления и механизмы, принялись собирать и накапливать энергию. Но всё равно, как минимум полдня, света не будет. Пришлось открывать заслонку иллюминатора механическим ключом, располагавшимся недалеко от входа. Возвратившись на мостик и взглянув в смотровое окно крейсера, ошалел от картины, открывшейся передо мной. Неведомая планета пестрила необычно яркими цветами, тут и там являлись взору разных размеров радуги. Не отрываясь от иллюминатора извлёк из внутреннего кармана комбинезона сигариллу. Она была заготовлена для особого случая: чтобы покурить после сдачи экзамена и получения офицерского звания. Усевшись в близстоящее кресло, закурил, дабы полюбоваться невиданным пейзажем да попутно обдумать сложившееся положение.
– Обидно: даже поделиться не с кем, что я настоящий капитан боевого корабля. Ну ничего, как зарядятся батарейки, поведу каракатицу громить вражеский флот и мстить за погибших товарищей. У нас же почти получилось победить ловца душ. Если бы не этот фонарик, чтоб ему пусто было! Надеюсь артридесам, такие штуки не удастся поставить на поток, иначе нам хана. Кстати, каков мой план? Где я вообще? Система не видит знакомых точек и покамест не в состоянии начать построение новой карты. Без энергии корабль моментом превратился в груду металла. Остаётся сидеть и ждать электричества. Ну хотя бы пейзаж впечатляет.
Я, развалившись в свободном от мертвеца кресле, покуривал душистый табачок и любовался диковинной планетой. Она аляпистой кляксой расплескалась на всё лобовое стекло. Но недолго вишни цвели, ибо показался сходящий с орбиты и идущий в мою сторону, немалых габаритов объект. Через какое-то время он загородил аляпистую планету.
– пик! С нами пытается связаться приближающейся корабль.
– Наладь связь. – Засуетился я.
– Вы находитесь на территории цивилизации артридесов. Сопротивление бесполезно, скоро прибудет ещё три боевых корабля. Предлагаю сдаться, мы не желаем зла.
– Ну да, чисто случайно у вас получилось убить экипаж.
– Как бы странно это ни звучало, но да, планировалось всё по-другому.
– пик! Наблюдается попытка взлома. – Сообщила система безопасности.
Воевать без энергии совершенно невозможно и в соответствии с уставом, боец обязан запустить режим самоуничтожения, дабы казённое добро не досталось врагу. Недолго думая, бросился исполнять директиву номер один, пока враг еще не перехватил управление. Устройство самоуничтожения активировано, и до взрыва осталось не более пяти минут – в ангар не успеть. Придётся применить спасательную капсулу. Правда, при эдаком способе эвакуации, пилот утрачивал возможность управлять ситуацией, ибо находился в состоянии криогенного сна. Как правило, после битвы специальные челноки в автоматическом режиме собирали с поля брани капсулы. Но случалось, что они дрейфовали в свободном полёте десятилетиями. Механический голос монотонно отсчитывал секунды до взрыва, а я спокойно стоял у иллюминатора. Вражеский крейсер начал отдаляться. Видимо понял, что сейчас произойдет. Покуривая, я любовался сказочными видами. Там на поверхности беспрерывно что-то совершалось. Дивный танец красок подчинялся какому-то ритму. В апогее определённого цикла возникала большая радуга. После чего, действо на некоторый период замирало.
10
9
Десятисекундная готовность быстро отвлекла от любований, и я с места рванул к ближайшей капсуле.
8
7
6
Благо она пребывала в десяти метрах от меня и заблаговременно приготовлена к применению.
5
4
3
Ловко запрыгнув в камеру, напоследок затянулся и плотно закрыл глаза.
2
1
0
Встать! Суд идёт!
Не задумываясь, протянул руку в нужном направлении. Нащупал выключатель и, щёлкнув по клавише, зажёг свет. Посмотрев в кадки, решил, что пора полить цветы. Напоив вынужденых сожителей, сел за стол и начал писать письмо.
Здравствуй милая.
Пишет тебе капитан корабля! Правда, уже благополучно подорванного на неприятельских просторах. Вот же беда со мной: снова не в ту сторону повернул и вновь неверный путь. А если бы тогда остался дома? Что бы получилось? Ничего, ибо смириться я не смог. Не сюда, так куда-нибудь в другое место бы сбежал от муки видеть как любимый человек добровольно умирает. Но твои глаза не дают покоя, и этот взгляд: отрешённый и в то же время добрый, оптимистичный и совершенно несвойственный для расставания навсегда. Со стороны могло показаться, что ничего страшного не произошло и я, будто бы отправляясь на работу, вернусь, как обычно, вечером. Что же ты за человек такой? Чего ради? За что? У меня до сих пор в ушах наш последний разговор:
– Что решил? – Спросила ты спокойным голосом. Маска равнодушия вновь скрывала бурные эмоции.
– Мне больно смотреть, как ты стремительно старишься и умираешь, хотя существует легкодоступный способ жить долго и сча?стливо!
– Но это моё осознанное решение и если любишь, то должен принять.
– Я принимаю, но ухожу.
– Куда? – Проронила еле слышно. Отчаянно пытаясь скрыть подступающие слёзы, ты отвернулась.
– Записался добровольцем, отправляюсь служить на границу, нынче неспокойно в пустошах…
Сложно представить, но по прошествии двух с половиной лет, также явственно помню твоё лицо и взгляд. Будто это было вчера. Что за напасть? Отчего не могу отпустить мысли о тебе? Ведь ты уже в прошлом.
А я? А где же я? – Поднявшись, подошёл к окну и открыл его. Вокруг только темнота и безмолвие бесконечного космоса. Не буду хвастаться, но в ориентировании по звездной карте я твёрдый хорошист. И глядя на этот небосвод, не узнаю? ни одного созвездия. Вдруг что-то промелькнуло и, приглядевшись, заприметил спасательную капсулу. Она стремительно приближалась. Вскоре после столкновения летающего объекта со стеной кухни, пространство целиком окутал свет, своей яркостью, заставляя зажмуриться.
… Когда зрение вернулось, я огляделся и выяснил, что пребываю в широком ангаре какого-то корабля. Людей не наблюдалось, да и вообще царили тьма с запустением. Общую тишь разрывала группа примитивных роботов, копошившихся в углу. Они собрались вокруг габаритного механизма и судя по манипуляциям распрессовывали гигантский подшипник. Меня встречал киборг-поводырь. Который и вскрыл спасательную капсулу.
– Добро пожаловать на борт «Тиа 4», вы находитесь в статусе военнопленного, прошу следовать за мной. – Направляясь к ближайшему шлюзу, проинструктировал робот.
– Насовсем к вам прописали? – Выбираясь из капсулы, поинтересовался я.
– Нет, всего-навсего до прихода «Манускрипта» – судна с условиями длительного пребывания людей.
Приближаясь к заветной двери чувство любопытсва становилось сильнее. За створкой ожидал узреть чудо инженерной мысли, какой-нибудь сверх современный лифт в исполнении инопланетян. Но, увы, передо мной открылся длинный коридор. Робот невозмутимо потопал вперёд. Я шёл какое-то время за ним, в надежде, что, где-нибудь за поворотом все-таки стоит поджидает хоть какой-то агрегат, который способен побыстрее переправить куда надо. Через четверть часа я немного устал и потеряв надежду увидеть транспорт, остановился.
– Человек желает устроить привал?
– Нет, хочу ехать! Где лифт, эскалатор, автомобиль, электроный самокат наконец?
– Транспортная система не предназначена для перевозки людей. Тем более, тут идти недалеко.
– Сколько? – Спросил я, искренне надеясь услышать в качестве ответа незначительную цифру .
– Девять километров семьсот метров.
– Да чтоб вас! Лучше бы не будили вообще, чем так издеваться!
– Создатели не хотят долго ждать, поэтому решили пораньше начать износ твоего тела. – Наступая, ответил робот, правая кисть искрила и напоминала электрошокер.
– Ладно, пошли. Зачем сразу нервничать?
В абсолютной тишине эхо наших шагов улетало далеко вперёд и назад. По сути, мы перемещались по обычной трубе. Никаких деталей, кроме, непосредственно стены нигде не наблюдалось. Это самое изнурительное путешествие в моей жизни.
– А что будет, если нападу на тебя?
– Тогда запуститься протокол охотника, не рекомендую.
– Заманчиво, а душ у вас имеется? А постель? – Сменил тему.
– Да.
– Алкоголь, наркотики?
– Да.
– Однако приятно удивлён.– Непонятно чему обрадовавшись, отреагировал я.
– Чем?
– Да забей! А если попытаюсь убежать?
– Протокол охотника.
– Ну а если сначала ударю, а потом сразу же извинюсь?
– Запустится…
– Протокол охотника. – Перебил я, паясничая и добавил: – А что это означает вообще?
– Поведенческая директива номер один: доставить военнопленного в целости и сохранности. При переключении режима задача упрощается: необходимо будет просто доставить объект, без учёта переломов и ссадин.
– Все верно, не вздумай переключаться. Сколько ещё идти осталось?
– Восемь километров пятьсот семьдесят три метра.
– Блин, ну ты же можешь подвезти, тебе это ничего не стоит. – С искренней надеждой осведомился я.
– Нет.
– Что?
– Нет надобности, ты цел и способен сам передвигаться.
– А если начну калечить себя, допустим, пытаясь поломать ногу?
– Протокол охотника.
– Заладил одно и тоже, зараза!
И мы молча продолжили путь. Я мысленно говорил роботу всякие грубости и даже представлял, как сжигаю ненавистную машину с огнемёта. Через какое-то время закончился заряд и фонарик, встроенный в форму бойца ВКС, выключился. Повисла непроглядная тьма.
– Чего встал? – Поинтересовался киборг.
– Я ни черта не вижу.
– А тут и не на что смотреть.
– Мне нужен свет! – Крикнул я, вспылив от усталости и в качестве аргумента топнул ногой.
Как только это сказал, так тоннель осветился сверху и снизу холодным белым цветом. А по бокам, непонятно как и откуда начала транслироваться картинка. Складывалось впечатление, будто нахожусь на дне инопланетного океана. Вокруг плавает диковинная живность от маленьких экземпляров до совершенно гигантских.
– Так сразу можно было? – Спросил я, озирая возникшую красотень широко раскрытыми глазами .
– Да.
– Удивительно! Вроде бы дите неземное, откуда же в тебе взялись черты фашиста?
– Не понял.
– Веди уже, маргинал!
Теперь, разглядывая фантастических тварей, я и не заметил как добрались до места. Представленные апартаменты можно описать как стандартные, казарменного типа. Получив большое удовольствие от знатного ужина и приятных водных процедур, я растянулся в кровати и уснул, проспав целый вторник. А ранним утром среды, полшестого по местному, киборгу пришлось приложить электрошокер, чтобы разбудить меня.
– Чего сразу драться? – Возмутился я, выскакивая из-под тёплого одеяла.
На комоде лежал новый комплект одежды. На белой футболке нарисован недоумевающий человечек, а вокруг его головы куча знаков вопроса.
– Это был крайний метод, остальные я уже перепробовал. – Парировал обвинение робот.
– У вас воздух какой-то неестественный, он как эфир – усыпляет.
– По части найти виновного, люди первые во всей вселенной.
Через полтара часа мы прибыли в тот же ангар, где уже ожидал автоматически пилотируемый челнок. Усевшись в кресло, закурил последнюю сигариллу. С каждой затяжкой, она безвозвратно тлела как и моя прошлая жизнь . Задний люк бесшумно затворился, корабль мягко поднялся и совершил разворот. Одновременно четвертинка массивного грузового шлюза приоткрылась, предоставив достаточно места, чтобы транспортёр беспрепятственно прошёл в организованный для него коридор. После этого иллюминаторы затворились, лишив меня возможности разглядеть получше вражеский «Тиа 4». Пялясь по сторонам обнаружил на металлическом корпусе сидушки, прям напротив моих глаз надпись: «чего уставился? гомик, что ли?». Сильно захотелось что-то ответить. Сразу же достал складной нож, вынул в нем насадку миниатюрной ножовки по металлу и, подведя ниже надписи, призадумался. А чего написать-то? «сам такой» или «от гомика слышу» – это не серьёзно! Да и вообще писавший, сюда больше никогда не попадёт. К тому же велик шанс, что следующий пленный окажется здесь через годы. Поэтому не мудрствуя лукаво принялся выпиливать дату под надписью. Слабый толчок дал понять, что мы где-то приземлились. Через мгновение дверца отворилась, и я вылез на палубу. У самого транспорта уже поджидал тот же робот, что и отправлял, или он прибыл вместе со мной. Хотя неважно.
– Приветствую, следуй за мной, я провожу до зала суда.
В ста метрах, прямо по курсу, переливался неведомый агрегат, напоминающий лифт. Отсутствовало освещение и стоял полный мрак. Соответственно, устройство напоминало лучик света в тёмном царстве и заманивало, переливаясь. Меня это очень обрадовало. В остальном помещение ничем не отличалось от предыдущего ангара. Как и прежде здесь властвовала темнота, расплескавшаяся на огромные пустующие пространства.
– Стой жди! – Проинформировал робот.
Из указательного пальца выехал специальный ключ. Повернув им в причудливой замочной скважине, поводырь вызвал лифт. Я даже не успел моргнуть, как вначале окатило тёплым ветром, а затем, откуда ни возьмись, прямо передо мной возникла колба. Она выполнена из материала, напоминающего стекло. Как оказалось, корабль опоясан пересечёнными шахтами, по ним, на высокой скорости, толкаемые неведомыми силами, передвигались колбы. Конвоир невозмутимо вошёл.
– Не робей, заходи! Данная технология за пятьсот лет использования освоена в совершенстве.
– Выглядит шатко. – Неуверенно ответил я и шагнул внутрь.
Это невероятно! Видя, что несёшься на порядочной скорости и при этом не испытываешь дискомфорта. Я словно висел – так неестественно, но весьма удобно. Добравшись от хвоста до носа чуть меньше чем за две минуты, мы преодолели путь, проделываемый лёгким истребителем несущимся на полном ходу за пять минут. Колба незаметно встала. Через миг возвратилась гравитация, и робот сошёл в тёмный коридор, приглашая за собоой жестом. По пути повадырь рассказал, что корабль разделён на четыре части. К открытым для всеобщего посещения причислялись: палубы с каютами арестантов, город с прилегающими объектами и рабочие сектора. А в отсеки двигателя, командный пункт и жильё артридесов узники не допускались. Локации с ограниченным доступом имели общие черты: кромешная тьма и какие-то штуки, выстроенные вдоль стен. Зал суда тоже не впечатлил: обыкновенная каюта, а в ней, за мраморным столом сидели два инопланетянина. Внешне они напоминали варанов, но без хвоста и вместо перепончатых лап, мощные кисти.
– Человек! Тебе инкриминируют уничтожение военного крейсера. – Начал зачитывать приговор робот.
– Не ваш корабль взорвал же. – Возмутился я.
– Ты сначала увёл из-под носа нашу добычу, а потом уничтожил её. Согласно своду законов военного времени, ты приговорён к пяти пожизненным заключениям! – Дословно перевёл робот, гневную тираду инопланетянина.
– Пятьсот лет? – Переспросил я.
– Не волнуйся, тебе не отсидеть срок целиком. Так как для взращивания взрослой души достаточно ста лет жизни. – Перевёл ответ судьи поводырь.
Мне показалось, что инопланетянин ехидно посмеивался, говоря это.
– Извольте! Разве вы не способны проводить плановые процедуры омоложения?
– Не целесообразно. Приговор объявлен, следуй за мной, покажу место проживания. – Заявил робот, направляясь к выходу.
– Вы не имеете права! Я требую адвоката! Должен же присутствовать рациональный выход из сложившейся ситуации? – Воспротивился я, стоя на проходе.
Автоматическая дверь, закрывшись наполовину, вновь открывалась.
– В качестве альтернативы дозволено отправить тебя прямиком в открытый космос. Выбирай: за мной или к звёздам? – Проговорил робот, и его правая кисть вновь заискрилась.
– Привлекательное предложение, но пока рановато. Веди, злодей туда, где жизнь закончится моя.
Я вошёл в колбу, ни капли не мешкая, а мерцания в шахте лифта при движении уже не впечатляло. Пятьсот долгих лет – это же бесконечность! Здесь я брошу якорь до прихода костлявой. Суши весла! приплыли, конечная остановка. Так, обидно, когда кто-то решает, как ты проведёшь остаток своей жизни. Погруженный в неприятные мысли, я не заметил, как очутился в каюте.
– Твоя комната. Осваивайся, скоро придёт старший мастер участка. Прощай.
– Не болей, кастрюле-головый! – Съязвил я в ответ, пытаясь хоть как-то отыграться на железяке за паршивые новости.
Робот никак не отреагировав на подкол, развернулся и вышел.
Первый раз, в первый класс
В каюте не было ни чего лишнего: ни украшений, ни картин ни какого-нибудь декора. Стены обшиты белыми пластиковыми панелями, на полу ковролин. Зато бытовой техники, компактно расположенной по периметру помещения, имелось великое множество. На столешнице лежал габаритный пульт, как оказалась для каюты в целом. Первым делом включил телевизор и поразился изобилию различных программ, разбитых по тематикам. Когда сидел на кровати и щелкал бесконечные программы, раздался стук в дверь. На самом деле, это звонок, а сами каюты шумонепроницаемые. Приблизившись к двери, увидал вместо ручки, нарисованный круг. Немешкая положил ладонь в закрашенную область, сработал именной замок, затем дверь мягко и бесшумно раскрылась.
– Здравствуйте, Семён, могу войти? – Поинтересовался, средних лет, упитанный розовощёкий мужчина.
– Здравия желаю, входите.
– Меня зовут Россен, я с «АТЛАНТА», нынче старший мастер тринадцатого участка. – Представился гость, укладывая на стол какую-то железяку. Усевшись на стул, мужчина начал настраивать агрегат.
– А я просто Сёма. Тот самый, у кого в графе «уничтоженные цели» теперь значится собственный крейсер.
– Ничего себе! Артридесы, вероятно, щедро наградили за это? – Улыбаясь, поинтересовался Россен.
– Даже чересчур, целых пять веков заточения начислили.
– Ого! Да ты же новый рекордсмен! Предыдущее достижение держалось около десятилетия. – Присвистнув, заявил Россен.
– И кто тот бедолага?
– Некто Брюс – Ли, три пожизненных отбывает. – Ответил мой собеседник и активировал робота, снаружи похожего на летающий железный глаз с антеннами.
Одновременно заработало множество маленьких реактивных тяг. Агрегат поначалу отлетел подальше. Настроившись на оптимальный режим полёта, он вернулся и встал в рабочем положении – справа от владельца, чуть выше плеча.
– Вот, знакомься, это твой ботик.
– А что он умеет?
– Проще перечислить недоступные функции. Команды голосовые, четырнадцати дюймовый монитор, великолепный звук и огромная память. Поначалу выдавался на три месяца. Но, так как их на складе завались, то люди заимели привычку оставлять чрезвычайно полезную вещицу себе насовсем. А теперь пойдём, покажу твоё рабочее место.
– Пойдёмте. – Согласился , поглядывая на своего нового питомца.
Коридор представлял собой ту же трубу, но только с закруглением и намного короче, чем предыдущая. К тому же очень много света да в сочетании с белоснежными стенами и потолком, поначалу приходилось зажмуриваться.
Миновав коридор, мы достигли зеркального холла, здесь располагалось пять дверей лифта. Подойдя к ближайшему, Россен вызвал его. Через миг дверца отворилась и мы вошли внутрь. Ботик хоть и выглядел неказисто, но на деле ловко маневрируя эффективно обходил препятствия. Несмотря на то что держался постоянно вблизи, на дистанции вытянутой руки, малыш ни разу не врезался. Тем временем добрались до низа и очутились в просторном помещении, с высокими потолками. Сверху нависали причудливых форм светильники. Я больше нигде подобного не видел: больше полусотни лифтов с конечной точкой в одном холле.
– Чтобы не было толкотни и очередей, на каждый этаж нашей высотки выделено по пять лифтов. – Пояснил Россен.
Из холла вели два выхода, на стрелочном указателе красовались надписи «к П. В.» и «в город». Мы, конечно, направились к поездам.
Площадь вокзалов, на удивление оказалась оживлённым местечком. По центру размещался зал ожидания, а вдоль стен ютилось море тематических кафешек, торговых ларьков и прочих заведений. Вокзал казался нереальным без объявлений об отправлении или прибытии поездов. Расписание отсутствовало, ибо маршруты одни и те же, и ездили они в одинаковое время. Транспорт развозил работников по секторам и график движения никогда не менялся.
– А почему именно по железной дороге транспортируют персонал? Ведь корабль целиком охвачен скоростной транспортной сетью.
– Крупный поток, перемещающихся в разные направления колб, трудно управляем, а их столкновение равноценно ядерному взрыву. К тому же период в поездке до работы и обратно зачисляется в стаж.
– Весомый аргумент, вдобавок я люблю поезда.
– Солидарен, ибо имеется какая-то своеобразная лирика в бесконечном пересечении рельс и шпал.
У пирона стояло около десятка составов, и уже вовсю шла посадка. Мы прошли на тринадцатый путь, и я смог разглядеть поближе невиданную зверюгу. Сделанный в форме пули, состав смахивал на снаряд для адского орудия.
– Необходимо обратиться к машинисту, ибо у него ключ-карта, активизирующая программу персонального учёта. – Проинформировал мой попутчик.
Машинист коснулся монитора красной карточкой, ботик пикнул и возвратился на прежнее место. После чего мы заскочили в ближайший вагон. В нём совершенно отсутствовали окна, а внушительная обшивка свидетельствовала о высокой прочности конструкции.
– Они бронированные, что ли? – Поинтересовался я.
-Да.
– А зачем?
– Поезд разгоняется до скорости триста километров в час, а в космосе всякое может произойти и, приключается тряханёт так, что состав сходит с путей. – Ответил Россен.
– Ого! А часто это происходит?
– Нет, но ремнями безопасности, настоятельно рекомендую обвязаться.
Пассажирские сиденья сходствовали с креслом пилота, только рычага с гашеткой не наблюдалось. Поезд загудел и подал сигнал. Пассажиры заняли свои места, и вскоре состав двинулся в путь. Вначале тихонько, а оставив вокзал позади, машинист разогнал машину до максимума. Меня вжало вглубь кресла, напомнив состояние взлёта истребителя. Как я тоскую по своей эскадрильи. Интересно, а кто-нибудь из них выжил?
Ботик пари?л у потолка прямо надомною. Россен разбирал документы, уткнувшись в монитор своего поводыря, изредка с кем-то переписываясь. А я, глядя в черноту выключенного монитора, служащего смотровым окном, отчётливо увидел себя, лет так через пятнадцать. Измученный и состарившийся я, посмотрев на себя в прошлом, с грустью улыбнулся. Так смотрят люди, знающие горькую правду, но из жалости, не произносящие её вслух. Неужто текущая глава эпопеи о неунывающем Семёне закончится настолько безвольно и безрадостно? Мы молча озирали друг друга, не в силах озвучить горестный ответ. Вот уже поезд принялся тормозить и вскоре окончательно остановился. Дверь с шипением отворилась, и пассажиры устремились к выходу.
– Приехали, Семён, пойдём, я всё покажу, расскажу и выдам. Полагаю, к обеду управимся. – Засуетился Россен.
– Вперёд! Труба зовёт! – Ответил я, с радостью отвлёкшись от тягучих мыслей.
Мой участок располагался у самой стены, то есть борта, или финишной обшивки корабля. Он, считай пустовал, так как его недавно сдали в эксплуатацию. В мои обязанности входило обслуживание трубопровода, судя по всему, отопительного, диаметром около семи метров. Вернее, половины, располагавшейся вдоль моего участка, который в длину больше сотни метров. Мне предстоит опрыскивать отвердителем поверхность трубы по два раза за смену. После завершения обработки требуется обследовать дефектоскопом на наличие сгустков внутреннего напряжения. При выявлении потенциально опасного участка трубы предписывается устранять брак на месте, путём повторной обработки отвердителем. В общем, при помощи спецтехники, инструментов, и средств личной гигиены, работёнка не бей лежачего.
Плюс по гражданке я слесарь – универсал и для меня, как человека достаточно любознательного, приложение навыков своей профессии на инопланетной технологии являлось жутко занятным делом.
Так как участок загружен не полностью, всего-то на четверть, то у меня должно оставаться много свободного времени. Россен порекомендовал потратить его на прохождение обучающего курса слесаря – универсала. На форуме в разделе «полезное» имеется всё необходимое. Ибо, в случае аварии на каком-либо участке, относящегося к тринадцатому сектору, на ликвидацию неполадок могут выслать любого свободного слесаря.
Первый месяц меня это не затронет, что даст возможность спокойно запомнить местоположение служебных помещений и основных агрегатов участка. А также теоретически ознакомиться с чрезвычайными происшествиями, гипотетически возможными в нашем секторе и способами устранения их последствий. Курс состоял из пяти объёмных лекций с подробными иллюстрациями. Изучив их, можно сдать тест и стать полноценным членом бригады.
Получив опрыскиватель, две ёмкости с отвердителем, комплект химзащиты, дефектоскоп и шлюпку в виде одноместного летательного средства, с багажником для бочки, я возвратился на участок. Решив обработать снизу и, насколько смогу дотянуться доверху, энергично взялся за дело.
Опрыскиватель действовал почти бесшумно. Вначале я увлечённо наблюдал, как при взаимодействии жидкости с рифлёной, твёрдой поверхностью, напоминающую известняк, получается однородная глянцевая структура. Из-за высокой чувствительности основных сплавов артридесов к весьма агрессивной среде обитания людей, сталь за сутки стремительно дряхлеет, а позже шелушится и осыпается. Для восстановления изношенного слоя достаточно единожды пройтись отвердителем.
Варьируя подачей реагента, расстоянием от форсунки до точки соприкосновения и другими параметрами, я увлечённо экспериментировал. Минут через сорок закончились варианты методик проведения опытов и вскоре мне прискучило. Без интереса держа под присмотром процесс, начал размышлять чем бы заморочить своего питомца. Меня немного свербило, ибо раб-железяка лодырничает, а я, вроде бы хозяин, но почему-то вкалываю один. Не изобретя, как приспособить ботика к опрыскивателю, вспомнил про следующую операцию. Постановив, что когда достигну половины участка, капитально вернусь к поступившему вопросу, продолжил опрыскивать.
Погрузившись в свои мысли, неприметно добрался до стойки, делившей участок пополам. Выключив опрыскиватель и положив его в шлюпку, я уселся у опоры и задрал голову. Конструкция уходила кверху настолько, насколько хватало зрения. Я пристально вглядывался, но потолка не заметил. Хотя трубы, находившиеся выше тридцати метров, блестели как медные пятаки. Озодачив местный поисковик узнал что их отлакировали по особой технологии артридесов. После чего такие трубы более не нуждаются в обслуживании.
– Давай взглянем, что мы имеем. – Промолвил я и взял робота в руки.
– Открой «Полезности для ботика».
На мониторе отобразился форум слесарей, а слева список тематик.
– Программы для трудовой деятельности.
В самом верху значилось приложение: «дефектоскоп на ботика»
– Скачать, установить, запустить.
Пока машина исполняла задание, я извлёк устройство из упаковки и начал разбираться в креплениях.
– Подсоедините устройство.
Я натянул прибор на робота, словно налобный фонарик на черепушку, после чего активировал его. Ботик, ведо?мый директивами программы, настроил свою камеру на изображение, выдаваемое дефектоскопом.
– Сканируй обработанный участок.
Пикнув, робот умчался исполнять приказ. Решив вечерком нашпиговать малыша, чем только можно, я продолжил работу.
До конца трубы добрался аккурат к обеду. Присев и закурив, какое-то время наблюдал, как мой питомец заканчивает сканирование. Завершив, он подлетел и показал на мониторе районы вторичных проходов.
– Четыре помарки за полсмены, маленьких и незаметных – недурно для новичка! Веди в столовую, трапезничать желаю. – Улыбаясь, скомандовал я. Не знаю почему, но перед обедом откуда-то берётся заряд бодрости и хорошего настроения. Насвистывая и пританцовывая я отправился отведать здешней кухни.
Обойдя участок, вышел на благоустроенный тротуар. На равноудалённом расстоянии располагались специальные кадки со взрослыми деревьями. Здесь были и хвойные: ёлки да кедры, и лиственные берёзки с дубами, и даже экзотические пальмы имелись. Над каждым гигантом возвышалась специальная лампа. Вновь озадачив местный поисковик узнал, что это устройство заменяло солнце и давало растению все необходимое для фотосинтеза элементы.
Разглядывая деревья, неприметно достиг лифта. Рядом с кнопками светились динамические пояснительные рисунки. Просто и логично: проголодался? Жми на крутящуюся вилку. К доктору надумал? Тогда на мигающий крест красного цвета. И так далее. Хоть и прибыл ровно к началу обеда, но большинство работников уже закончило и стремилось к выходу. Пропустив многочисленную группу, наконец-то проник внутрь.
Столовая размещалась в просторном и светлом холле. Слева во всю стену, установлен объёмный аквариум. В основном здесь обитала земная живность, но кое-где просматривались и неизвестные экземпляры. По другую сторону раскинулся буквально лес из разнообразных домашних растений. Одна пожилая женщина, видимо, из кухарок, проводила в мини-оранжереи облагораживающие мероприятия. Робот подлетел к стержню, что торчал в дальнем углу, над ним имелась надпись «касса».
Как оказалось, наличность в тюрьме отсутствовала и ботик, по совместительству являлся кошельком. Я, раскинув мозгами, решил месяц ни в чём себе не отказывать. А потом прикинуть: по карману ли питаться так же и в дальнейшем . Набрав всякой еды, расположился около аквариума. Напротив меня на дне водоёма лежал огромный сом, метра три в длину. Его грустные глаза забавно выглядывали, из-под стола. Поприветствовав рыбу кивком, и, перекладывая нахапанные яства, поинтересовался у него погодой. Завершив разгрузку и, убирая поднос в сторону, заметил надпись, нацарапанную прямо на столешнице «сом Герасим, правда, милашка?».
– Очень приятно, Семёном меня зовут. – Представился я и наконец-то приступил к трапезе. Закончив, убрал посуду на стол, над которым висела табличка: грязную посуду сюда! Прихватив, преобретенную ранее пачку овсянного печенья, устремился к выходу.
Так как мой участок находился в противоположном краю от лифта, то добираться до рабочего места мне придётся дольше всех. За оставшейся до сирены промежуток времени я, переправляя вкусности из упаковки в надежное место, успел проштудировать две лекции. В них шла речь о вспомогательных помещениях типа: всевозможные кладовые, душевые, туалеты, комнаты отдыха, столовая. Благодаря этому теперь свободно ориентируюсь на участке, а также на вокзале.
Ботик оповестил, что обед заканчивается и я, не дожидаясь официального сигнала, принялся обрабатывать верх трубы. Передвигаясь в тачке, на высоте три метра планомерно приближался к середине. У стойки встретился с работником, обслуживающим мою трубу с другой стороны.
Hai man!
– Хай мен! Гаси брызгалку, пообщаемся! – Крикнул незнакомец, показывая на пол, когда мы поравнялись. Я за живое общение, поэтому послушно выключил опрыскиватель и причалил неподалёку.
Сосед был чуть выше, на вид лет сорока, смуглый, худощав, но жилист. На голове дреды, а на лице тощая бородка. В общем, типичный представитель ямайцев – народа, лишившегося Родины. В докосмическую эпоху, когда начался век природных катаклизмов, остров Ямайку накрыло тридцатиметровое цунами, не оставив от дивного края и следа. Правда, это событие было предсказано, благодаря многократным вычислениям различных нейросетей. Соответственно, глобальную катастрофу удалось предотвратить, эвакуировав бо?льшую часть населения.
– Как звать тебя? – Обратился незнакомец, доставая из кармана пачку сигарет.
– Семён. – Представился я, разглядывая диковинную упаковку. Посередине этикетки нарисовано солнце, вольготно расположившееся на облаках. Оно закатив глаза курило самокрутку.
– А я Боб. – Представился сосед.
– Впервые встречаюсь с подобным именем.
– Здорово! – Протягивая пачку, отреагировал сосед.
– А как угодил сюда? – Уже затягиваясь, поинтересовался я.
– Случайно.
– Ясен пень! Никто сознательно не тянется к нарам.
– Но ты солдат и попасть в плен вполне логичный финал, а я даже не военный. Попросту оказался не в нужном месте в неподходящий момент.
– А кто же ты? И как оказался в гуще событий? – Заинтересовался я.
– Это длинная история, как-нибудь потом. – Отмахнулся Боб. Затушив сигарету об сапог, он погрузился, почти лёжа, в тачку и начал отдаляться.
– До вечера сосед!
Он, помахав в ответ, окончательно скрылся за трубою. Я докурил и продолжил работу. Чтобы скоротать время, пытался представить историю попадания в тюрьму моего нового знакомого. Громкая сирена, находящаяся где-то под самым потолком, оповестила об окончании моей первой рабочей смены. К этому моменту успел дважды обработать трубу. Соответсвенно уже шел сдавать остатки отвердителя в кладовую, а также опрыскиватель на промывку в инструментальную. Закончив, сходил в душ и переоделся. А затем, не спеша, направился к остановке. На самом пироне столкнулся с соседом. Он стоял, привалившись к опоре фонаря и расслабленно курил.
– И снова здравствуйте.
– Hai man, с первым рабским днём. – Отреагировал он хихикнув.
– Среда ушла, считай, неделя прошла, так что и дебютные выходные не за горами. – Попытался отшутиться в ответ.
Незаметно подоспел состав и двери мягко раскрылись, после чего затеялась посадка.
– А ты не едешь? – Поинтересовался я, заметив, что Боб всех пропускает.
– Не готов пока к перелёту. Пожалуй, подожду.
– Чего? Кого? – Родительный падеж.
– Секрет. – Еле слышно ответил сосед.
– За миллион?
– Во сто крат дешевле. Всего лишь за обычное обещание держать язык за зубами.
– Даю слово без пяти минут офицера ВКС, только пошустрее, электричка скоро уедет! – Засуетился я.
– Пусти её восвояси и раскроется тайна. – Луково проговорил Боб.
– Ладно.
Мы следили за манёврами уходящего поезда. Сосед безучастно, а я с неподдельным интересом. Состав, будто с ленцой совершил разворот и выйдя напрямую взял разгон. Я и глазом не моргнул, как змейка вагонов исчезла в потёмках тоннеля.
– Итак, почему ты не поехал? -Опомнившись, поинтересовался я.
– Потому что до сих не отпустило. Внутри вагона шум, давление, жуть, как неприятно. А если ещё и поезд с путей сошёл бы? – Смеясь, наконец-то поделился секретом Боб.
– Да уж, представляю. А есть чем поменять восприятие?
– Да, найдётся щепотка.
– А это не наказуемо? – Оглядываясь по сторонам, спросил я.
– Видишь ли, в тюрьме не возбраняется держать при себе, растить и употреблять. Правда присутствует крошечное «но».
– Продолжай.
– При передозировке тебя не будут откачивать.
– Даже если вызову неотложку?
– Медикам ультимативно воспрещено производить реанимационные действия наркоманам. За игнорирование закона светят суровые наказания вплоть до заточения в одиночные изоляторы. Ибо если уж тебе собственная жизнь не дорога, то инопланетянам и подавно. – Поведал сосед и, затушив бычок об ботинок, выбросил в урну.
– Логично, а крепкий у тебя антидепрессант?
– Чтоб ты не задавал неуместных вопросов, предлогаю установить «градатор».
– Что это?
– Персональный ботик как никто другой осведомлен о возможностях организма своего подопечного. Это как личный терапевт в реальном времени получающий фактические данные по сердцебиению, обмену веществ и тому подобное. Приложение научит, после снятия проб с вещества, определять насколько оно опасно конкретно для твоей жизни.
– Изумительно! Вот же людям заняться нечем. – Восхитился я существованию подобной программы.
– Знаешь, отработав около года, научишься осуществлять свои обязанности гораздо быстрее, чем требуется. А оставшееся время будешь лишь изображать деятельность.
– Не проще у инопланетян попросить поинтереснее занятие?
– А оно тебе надо? Ведь любая из наших профессий, для них – ненужная, кроме ученных.
– А в тюрьме и научный персонал имеется?
– Конечно, целый исследовательский сектор. Джеймс, поделись с ботиком «градатором».
– Им любые прозвища можно назначать?
– Да, объяви, что переименовываешь, и диктуй новый ник.
– Нарекаю тебя Мужиком! – Заявил я, глядя на своего питомца.
– Сема, аккуратнее, к тебе сзади какой-то тип пристроился. – Произнёс Боб и засмеялся.
– Опасно, он же и в душ со мной! Тогда пусть будет Каспером.
Тем временем робот подлетел ко мне. На экране возник запрос: принять «градатор»?
– Загрузить, установить, запустить.
Машина на мгновение ушла в вычисления и после окончания установки приложения, подала сигнал о готовности.
– Каспер, нюхай! – Распорядился через некоторое время Боб и протянул свёрток.
Ботик после снятия пробы, принялся обрабатывать данные. Закончив процесс, выдал зелёный уровень. На шкале имелось пять цветов: безвредный – белый, зелёный, синий, фиолетовый, красный – опасно для жизни.
После чего мы покурили и отпустили очередной поезд. Затем, единогласно решили возвратиться на участок и недолго поиграть в бильярд, находившийся в комнате отдыха.
…
– Боб, как ты всё-таки загремел в тюрьму? – Понимая, что очередная партия уже проиграна, поинтересовался я.
– Я бы никому и никогда не рассказал, зная, что у кого-то имеется хоть малейший шанс удрать. Но отсюда нет выхода, так что поделюсь информацией. – Отозвался сосед, эффектно вколачивая шар, тем самым побеждая.
-Изумительно. – Вешая кий и доставая коробку для шаров, отреагировал я.
– В столице живёт юная барышня из чрезвычайно состоятельной семьи.
– Красивая?
– Как ангел! – Ответил Боб, мечтательно закрыв глаза.
– Продолжай.
– Получилось так, что красотку выдали замуж за старика, представителя ещё более знатного рода. Муженёк, на радостях скончался, прямо в разгар брачной ночи. Ей едва двадцать, мается голубка от одиночества в золотой клетке. Приходилось систематически утешать бедняжку, выводя из продолжительных депрессий.
– Уважаю, а как тебе удалось пробраться в райский сад? – Спросил я, усевшись рядом.
– Куда?
– Ну девушка-ангел, стало быть, к ней в Эдем, или ты тоже знатных кровей?
– Не смеши мои подковы! Попросту значился вольным наймитом у их семейства.
Закурив и сильно затянувшись, сосед продолжил рассказ:
– В тот злополучный день малышка вбежала ко мне в комнату. Лицо в слезах, вперемежку с косметикой и вся бледная, буквально трясётся от страха. Вцепившись в мой воротник малюсенькими ручками она дрожащим голоском рассказала, что случилась беда! Кто-то отослал по одному экземпляру интимных фотографий, ей и адмиралу Нельсону. Который являлся единственным сыном недавно усопшего мужа. И если компромат достигнет адресата, то многим не поздоровится.
– Завистники – нехорошие люди, до всего докопаются. – Отреагировал я, стукнув кулаком по подлокотнику.
– Не то слово, но я бывалый и неоднократно брался за перехват данного рода корреспонденции.
– Как же можно сигнал догнать? Тем более, когда он уже полдня в пути. – Недоумевал я.
– Подобного рода информацию отправляют в специальной колбе. Она двигается по ломанной и тяжело прогнозируемой траектории. Я немедля отправился в погоню и практически полгалактики облетел, преследуя злосчастную пулю. Однажды наконец-то настиг и уничтожил цель. Но не успел даже нормально покурить, как прямо на меня из барьера выскочил корабль артридесов, а с другой стороны, подоспел крейсер «Неудержимый» и завязалась глобальная сечь.
– Вот те на! Круто!
– А потом по стандартной схеме: вспышка, очухался в ангаре, суд, срок, исправительные работы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=70907287) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.